13.
«Слава, вам придется пожить вдвоём недельку. Я хотела попросить о помощи Риту, но она не может, поэтому к вам будет приходить дед, но вы его берегите – он уже не молод.
Деньги в шкафчике под коробкой от утюга, будьте очень экономны, пожалуйста, - только на еду и самое необходимое. Юльку – в детский сад к 7.30, а забирать можно в пять, и не забывай про бассейн.
И, пожалуйста, не нахватай двоек и замечаний. Пожалуйста!
Приеду, всё объясню. Будет возможность – позвоню».
Я прочитал и задумался: мама уехала спешно и без предупреждения – что бы это значило? Тётя Рита – ну, тут всё понятно, - отказалась помогать, потому что обиделась на мои «заткнитесь». Дед будет приходить – это хорошо. Детский сад, школа и бассейн – куча обязанностей. И после этого она будет заявлять, что я «совершенно несамостоятельный и ненадёжный»! Был бы таким, стала бы она оставлять меня одного, и за старшего? А, может, у неё безвыходное положение?
Про двойки и поведение – ДВА раза написала «пожалуйста», можно подумать, это от меня зависит! Литераторша меня на дух не переносит, математичка снисходительно чередует «два» и «три», а географичка – принципиально не замечает. И все тычут мне, будто я бравирую тем, что моя мама работает в школе. Если бы они знали, насколько мне это всё равно. Смущали меня эти два «пожалуйста», потому что «не нахватать двоек и замечаний» – было выше моих сил. А, значит: опять подведу и опять подтвержу, что «ненадёжный» и «нельзя положиться».
Тут Юлька схватила меня за штанину:
- Кушать хочу!
Она успела стянуть с себя комбез и нацепить домашнее платьице. Она у нас большая модница: любит шёлковые юбки с разноцветными лосинами и футболки со стразами. А ещё любит туфлями грохотать по квартире. Вот и сейчас – надела мамины каблуки, пока я отвлёкся
- Юль, сними, пожалуйста, ноги сломаешь, - прошу я.
- Слава, а где мама? Давай поедим! А папа уже приехал? – это она уже уселась в уголок, на своё привычное место, и потянулась к сахарнице. Привычка у неё была такая - когда нервничает, задаёт много вопросов, ответы не слушает и пересыпает сахар.
Юлька зачерпывала сахар ложкой, поднимала её повыше и переворачивала, сахар частично ссыпался обратно в сахарницу, а частично рассыпался прямо по столу.
Сахарные гранулы дождём забились о скатерть: «Шшшшууух!» Я вздрогнул и тоже начал нервничать. Но нервничать нельзя – я снова «за старшего», с этой минуты! Однажды мне уже доверили Юльку, и она простудилась – на этот раз нужно, чтобы всё по-другому! Я взял себя в руки:
- Юля, мама и папа в командировке – зарабатывают денежки на киндер-сюрприз, тебе же нужен киндер на новый год? – перешёл я на детский лепет.
Юлька посмотрела на меня недоумённо и сказала:
- Слава, причём тут мама и папа – киндеры приносит Дедушка Мороз!
Ну вот, приехали! Как разговаривать с этим ребёнком? Я взял со стола мамину записку и покрутил – нет ли на обороте каких-нибудь инструкций? На самом деле, вот так, чтобы «один на один», мы с Юлькой остались в первый раз в жизни, значит, у мамы, на самом деле, что-то экстренное. Ну да, её же уволили, меня из школы гонят, она подаёт на развод! Ну да, экстренно и серьёзно, но зачем для этого уезжать на неделю? И, главное, - куда?
Инструкций, как общаться с младшей сестрой, мне не оставили. И я уже очень жалел, что всё это время жил параллельной жизнью, и даже не пытался понаблюдать, как мама занимается воспитанием. Вот бы сейчас пригодилось! Как занимается воспитанием папа – это понятно: сайт с танчиками «для тонуса», ВКонтакте «для переговоров», мессенджеры «по работе». В общем, папа воспитанием не занимается. Я понял! Я понял, откуда у меня такая тяга к электронным играм! Кажется, это генетическое. Хотя, с другой стороны, - компьютерные игры появились не так давно, и у папы в детстве никаких компьютеров не было, как же он мог передать мне это по наследству?
Я вспомнил про ноутбук, прикреплённый на скотч, и пощупал его рукой – на месте!
- Юль, мы сейчас приготовим яичницу, а потом вместе посмотрим мультики. Какие тебе нравятся? Про Барби или Русалочку? – неожиданно для самого себя предложил я.
Сестра недоверчиво, но радостно посмотрела на меня. А потом заявила с совершенной уверенностью в своих желаниях:
- Я хочу «Трум-трум»!
«Трум-Трум»? – это что ещё за зверь? Я, кажется, совершенно отстал от моды. В моем детстве были «Рулимоны» - это игра, «Смешарики» и «Фиксики» - это целые мультсериалы, детское «мыло». Вообще, это так засасывает! Сначала родители позволяют тебе поиграть 15 минут, потом ты постепенно отстаиваешь по несколько минут в день дополнительно, оглянуться не успеешь – а у тебя уже «твои законные два часа» в компьютере. Потом ты играешь до трех утра, а родители всё, что могут, это разбить монитор или отнять ноутбук совсем и спрятать в холодильник или примотать к столешнице.
Я подумал обо всем этом в одну долю секунды, и понял одну очень важную вещь – я не допущу, чтобы Юлька подсела на игры и мультики, как мы с папой! Сегодня и ещё целую неделю я - Юлькин родитель: папа и мама. И я буду очень стараться!
- Кстати, а яйца у нас есть? – я заглядываю в холодильник, - О, тут и колбаска «Докторская», и яблочки, и даже сгущенка! – я незаметно для себя опять перешёл на «сю-сю».
Мама успела затоварить нам холодильник – это очень хорошо. А сколько там денег, кстати? Я сходил в комнату и посчитал – негусто. Придётся экономить конкретно. Хорошо, у меня школьные обеды и завтраки бесплатные. Только я же в понедельник забыл взять талоны - не было аппетита. Хорошо, если валяются у секретаря, а если кто-нибудь присвоил? Вообще, у нас такое практикуется – обмениваться талонами и есть за тех, кто не взял или отсутствует. Никто поименно не контролирует, так что обижаться бесполезно, если мои талоны уплыли. Но будет жалко. Ладно, завтра выясню. А сейчас – Юльку кормить!
Пока я размышлял, Юлька рассыпала по столу половину сахарницы и проглотила пару ложек песку.
- Юль, ты зачем аппетит портишь? – спросил я, совсем как мама, и сам себя не узнал.
- Слава, тебя пока дождёшься, с голоду помрёшь, - ответила Юлька, совсем как дед, и улыбнулась довольной мордашкой.
И я, наконец, приступил к ужину. После горелой глазуньи, под предлогом чистить зубы, я отправил Юльку в ванну, чтобы она не видела мамин «тайник для ноутбука», быстренько его отцепил от стола и вытащил наружу. Смотал скотч в большой шар и выкинул в мусорку. Будем пользоваться официально, Юлька же не знает, что я наказан.
«Трум-трум» мне не понравился, и я завёл советский мультик про «Дракончика и забытый день рождения», потом поискал «Чебурашку», потом «Домовёнка Кузю» - Юлька безропотно и с интересом смотрела всё подряд. Потом она уснула. А я, пока смотрел, всё думал: почему я выбрал это «старьё»? Я же раньше терпеть не мог этих тряпичных кукол, разве что, в глубоком детстве, которого и не помню. Но мне тоже было очень интересно смотреть это самое «старьё», честное слово! Странно всё это, но я вёл себя как мама.
Быть мамой и папой одновременно оказалось довольно трудно. Я целую неделю разрывался между школой, уроками, детским садом, бассейном и другими разнообразными обязанностями. Юлька ныла и просила «чупики». То и дела залезала в мамин шкаф и тащила оттуда – то кофточку, то шарфик, то зимние сапоги, то вечернее платье с пайетками. Я отбирал и засовывал всё обратно. И так было бесконечно. Ещё эта зубная паста – она была всюду, словно не помещалась в Юлькин рот и вываливалась из него: то в раковину, то на пол. И тюбик! Он никогда не был закручен. Чашки от чая я собирал по всему дому. Носки находил под батареей и за шкафом. Футболки и платьица Юлька меняла каждый день, потому что каждый день возвращалась из сада с пятном – то на животе, то на боку. И это девочка! А ещё огрызки яблок и капли от сгущёнки! И туалетная бумага… словно Юлька отматывала её от локтя!
Один единственный ребёнок доставлял столько хлопот, что я честно начинал подумывать: а стоит ли мне заводить своих собственных? На улице Юлька гонялась за плешивыми котами, подбирала забытые лопатки и мячики и тащила их в дом. Котов, кстати, тоже! Дома проливала молоко, чай, суп. А я научился варить суп из пакетика! Который Юлька и выливала благополучно себе на пузо, так же как и в саду. И ей этому учиться было не нужно – это, я так понял, природный навык, врождённый. Ещё Юлька рассказывала про «своих любвей» из садика и всё время выпрашивала «чупики».
А в школе географичка будто взбесилась и спрашивала меня почти на каждом уроке, но я так уставал от Юльки, что перестал огрызаться совершенно. Вообще, школа стала каким-то «туманом» – вроде есть, но как-то мутно. Дурацкое сравнение. Я хотел сказать: я ходил, «точно в тумане», потому что очень уставал и ничего не успевал. Юлька вымотала меня окончательно. Я вспоминал уставшую и вымотанную маму и начинал её понимать.
Дед забегал «на огонёк», но надолго не оставался – «доверял мне как мужчине», а я выбивался из сил, но не жаловался. Расписание бассейна мы поменяли, и Надежда Павловна нам больше не попадалась. По вечерам я готовил яичницу и чай со сгущенкой. В школе не знали, что мы живём совсем одни, а я и не распространялся. Я только не мог понять: как мама решила вопрос с работой здесь - в школе, ей же нужно было отработать перед увольнением две недели? Странно, что меня это всё волновало – это же «недетские вопросы»?
Потом я обнаружил, что под коробкой от утюга пропали деньги. Немного – всего сотня, но они пропали! А в доме, кроме нас с Юлькой, никого не было! Я задумался. Пару дней назад Юлька вернулась с прогулки с полными карманами «чупиков». Я иногда отпускал её ненадолго с надёжными друзьями во двор.
- Откуда? – спросил я растерянно. Я же ей не покупал.
- Слав, это у одного мальчика во дворе день рождения сегодня – он всем раздавал! – невозмутимо заявила Юлька.
Я и усом не повёл. Раздавал, так раздавал, чего такого? А сегодня понял – куда девалась сотня. Я же не покупал Юльке ничего лишнего – как мама советовала. А она ныла. Не мама, Юлька! И я совсем растерялся. От одной только мысли: «Моя сестра – воровка?!» Я не понял, что нужно делать? Отругать? Но я же не поймал с поличным! Но это точно она, мы же только вдвоём живём! Или дед? Ну! Ты, Слава, «совсем уже», что ли – такие глупости даже предполагать?!
Как поговорить с Юлькой? Я прислушался к себе и понял: я боялся травмировать детскую психику! Я так часто слышал это выражение от мамы, что, наконец, проникся. Понял про психику! Блин, почему я не купил Юльке эту дурацкую конфету на палочке?! Мама называет это: «спровоцировать ситуацию». Ну, да, если бы я сам купил, ничего бы такого не было. Обязательно надо с Юлькой поговорить, только подобрать правильные слова.
Я промучился до самого вечера, прикидывая – так и этак, что я скажу сестре, чтобы не травмировать её психику. И свою – заодно. В пять часов я пошёл за ней в детский сад. Но Юльки там не было!
Комментариев нет:
Отправить комментарий